13 августа '12

Финансы – корень всех проблем


Юлия Волкова

АНО «Центр электромагнитной совместимости», заместитель начальника

 Регуляторы обсуждают возможность капитализации телеком-компаний

Читая все то, что было написано в прессе о встрече регулятора с банкирами, я невольно вспоминала о том, что чуть более трех лет назад - в июле 2009 года - предыдущий владелец министерского кабинета на Тверской, 7 - Игорь Щеголев уже проводил очень похожую встречу с потенциальными инвесторами. В те дни ситуация на рынке российского телекома была несколько иной, но вот проблемы обсуждали почти те же самые. Тогда точно также рассуждали о проблемах капитализации российских предприятий телекоммуникационной отрасли. И точно также, главным предметом обсуждения была компания «Связьинвест» - «Ростелеком».

Извечные вопросы
 
Интересно, что эксперты в то время также, как и сегодня, не были уверены в том, что уже наступило «самое лучшее время для инвестиций в российский телеком». Справедливости ради, отметим, что этот последний тезис в заключениях аналитиков меняется довольно редко. Однако, при этом мы чуть не еженедельно читаем сообщения о покупках-продажах операторских компаний. И это, как ничто иное, свидетельствует о том, что, несмотря на мнения аналитиков, на рынке постоянно находятся новые и новые желающие вкладывать деньги в предприятия отрасли. Динамичные компании, стремящиеся внедрять новые технологии и предоставлять своим пользователям инновационные услуги, были и остаются лакомым кусочком для многих потенциальных инвесторов. В чем же проблема? Почему вопросами инвестиций – причем не только государственных, но – как мы читаем в прессе – и частных компаний вынуждены заниматься министры? Что настораживает банкиров? В чем их должен уверить государственный чиновник?

 


Сегодня мы наблюдаем третий подход к взятию конверсионного рубежа. В этот раз все происходит за счет бюджета, исполнители работ выбираются по итогам открытых конкурсов, и в качестве результатов регулятор  принимает солидные научные отчеты авторитетных исследовательских институтов

 
Ответ на этот вопрос – и прост, и сложен одновременно. Все последние годы аналитики сходятся в том, что российскому бизнесу в сфере телекоммуникаций серьезно мешают непрестанные штурмы законодательной базы, а также внезапное появление буквально «из ниоткуда» новых подзаконных актов и «правил применения», которые выдвигают неоправданные требования к операторам, например, по объемам платы за спектр или по требованиям к архитектуре создаваемых ими сетей. Нет сомнения, что такая ситуация регуляторной нестабильности увеличивает риски компаний, что не позволяет рассчитывать на устойчивый приток инвестиций. В итоге, мы наблюдаем, как накручивает витки технологическая спираль развития, и каждый этот виток в какой-то момент проходит через ту точку, где опять и опять требуются дополнительные инвестиции.

О причудливых витках развития
 
В этом плане очень показательными являются некоторые последние, или как сейчас принято говорить – «крайние» - глобальные проекты российского телекома.
 
Виток первый - профессиональный
 
Когда-то, лет десять назад, тогдашнее руководство Минсвязи пыталось построить сеть профессиональной связи «Всея Руси». Был такой проект «ТетраРус», многие участники рынка, наверное, помнят эту эпопею. В те несколько лет регулятор всеми правдами и неправдами пытался заставить будущих пользователей услуг профессиональной и производственно-технологической оплатить разработку системного проекта и строительство федеральной сети нового для того времени стандарта ТЕТРА. «Правды» заключались в том, что участникам обещали «горы златые», а «неправды» - в том, что все это время (примерно с 2001 по 2008 год) радиочастот для создания самостоятельных сетей стандарта ТЕТРА никому не давали.

 


Исключение военных из числа плательщиков за частоты в совокупности с явно неотработанной и ошибочной методикой расчета суммы платежей для гражданских пользователей привели к существенному росту операционных затрат провайдеров услуг

 
Идея заключалась в создании общегосударственной системы связи, абонентами которой должны были, по задумке Минсвязи, стать все военные и гражданские пользователи профессиональной связи. Сама концепция изначально казалась беспроигрышной. Российской регулятор пытался повторить успешные проекты западных государств в деле создания национальных систем связи для транспортников, служб быстрого реагирования, органов охраны правопорядка, вооруженных сил и иных организаций, заинтересованных в услугах связи, предоставляемых профессиональными сетями. Трудно сказать, чем бы кончилась эта затея в те годы, если бы тогдашнее министерство догадалось заняться привлечением инвестиций вместо того, чтобы уговаривать потенциальных пользователей скинуться деньгами на разработку проекта и строительство сети. Будь модель финансирования Тетраруса не «колхозной», а инвестиционной, и, возможно, сегодня свободных частот было бы больше, а связь, которой пользуются наши службы безопасности, была бы много надежнее и на порядок качественнее. Однако, нет у истории сослагательных наклонений, как, фактически, нет стандарта ТЕТРА в нашей стране. Отсутствие денег погубило технологию, как минимум, для российских пользователей.

Виток второй – конверсионный
 
О том, что частот в России для новых стандартов связи не хватает и не будет хватать, специалистам было известно еще в конце 80-х – начале 90-х. Все, кто помнит, с какими потерями прорывались на частотные поля России сети сотовой связи всех поколений, телевидение – и аналоговое и цифровое, широкополосный доступ и мобильный интернет, помнит и то, что каждый раз при возникновении проблемы с частотами, возникал и вопрос о конверсии спектра.
Самая первая программа конверсии «Спектр-2000» так и не была выполнена до конца. Обширный, многоэтапный план, утвержденный на самых высоких уровнях, запнулся в тот момент, когда в первом приближении были решены проблемы с частотами для сетей GSM, и, соответственно прекращено финансирование со стороны заинтересованных компаний. Вторая программа образца года 2003-го по разным причинам - главным образом, финансовым - даже и не начинала выполняться.
Сегодня мы наблюдаем третий подход к взятию конверсионного рубежа. Длится он уже восьмой год, и уже истрачен на конверсионные работы не один миллиард государевых рублей. В этот раз все происходит за счет бюджета, исполнители работ выбираются по итогам открытых конкурсов, и в качестве результатов регулятор принимает солидные научные отчеты авторитетных исследовательских институтов. За восемь прошедших лет на темы «конверсии» исписана уже не одна тонна бумаги. Однако, по-прежнему частоты для каждой базовой станции, для каждого телевизионного передатчика, для каждой точки беспроводного доступа операторы вынуждены снова и снова «согласовывать» с нашими военными коллегами. И все понесенные операторами затраты, в конечном итоге, ложатся на плечи абонентов, а все бюджетные работы по конверсии спектра, кстати, также оплачивают те же абоненты, но уже в виде налогов.
Иногда мне кажется интересным подсчитать, почем, в итоге, обходится 1 герц конверсированного ресурса. Но сделать это все никак не удается, просто потому, что никак не удается понять, где же они - те самые герцы демилитаризованного спектра, о конверсии которых исписаны те самые тонны бумаги. В итоге, финансы, выделенные казной на конверсию спектра, пока еще на пользу операторам не пошли, и для нормального дальнейшего развития сетей они вынуждены искать дополнительные источники финансирования с целью вести конверсию спектра за собственные средства.

Виток третий – за платность спектра!
 
В конце прошлого года операторское сообщество увидело проект методики расчета платы за спектр, которую ждали, начиная с 2004 года – момента выхода в свет действующего «Закона о связи». Итогом появления новых правил стал отказ операторов от тех частотных каналов, которые использовались ими в случае повышенной нагрузки. В итоге, качество услуги ухудшилось, а ожидаемых финансовых поступлений казна так и не получила. Здесь важно вспомнить, что платность спектра задумывалась вовсе не как источник дополнительных бюджетных поступлений. И даже не как средство для добровольного отказа от частот. Главной целью коммерциализации спектра было повышение эффективности его использования. Однако, исключение военных из числа плательщиков за частоты в совокупности с явно неотработанной и ошибочной методикой расчета суммы платежей для гражданских пользователей привели к существенному росту операционных затрат провайдеров услуг.

Виток четвертый – конкурсный
 
Теперь хотелось бы вернуться из глубин истории в день сегодняшний. Чуть больше месяца назад Роскомнадзор разыграл по конкурсу четыре лицензии, дающие право получить спектр для создания сетей связи стандарта LTE. Все телекоммуникационное сообщество месяц обсуждало опубликованные условия конкурса и, конечно же, не могло не видеть, какие именно обременения были вписаны регулятором в текст операторских лицензий. Каждый, кто подавал документы на конкурс, фактически, подписывался под обязательством ежегодно вкладывать в проект 15 млрд рублей. И вот сегодня, когда итоги подведены и лицензии получены, четыре победителя стоят перед реальной необходимостью, во-первых, где-то найти эти средства, а, во-вторых, понять, каким образом доказывать регулятору, что ими выполняются все условия и обременения, наложенные регулятором в момент оформления лицензий на право предоставление услуг связи.

Прогнозы, которые удавались только поэтам
 
Сегодня в отрасли больше вопросов, чем разумных ответов на них, причем это касается не только проблем с инвестициями, вероятно, потому, что практически каждая проблема отрасли так или иначе связана с финансированием.
Сложно предсказать, что будет в отрасли завтра. Что произойдет, если один из победителей конкурса не найдет возможности для того, чтобы инвестировать в проект LTE требуемые регулятором объемы? Что произойдет, если инвестор окажется иностранным, и, следовательно, рынок в скором времени может увидеть повторение сегодняшнего конфликта «Вымпелкома» и ФАС, связанный с необходимостью защиты инвестиций в стратегические отрасли, но уже с другим участником со стороны операторов? Вторая проблема будущих проектов – традиционная для России милитаризованность радиочастотного спектра, и для ее решения тоже требуются финансы.
Это – далеко не все препятствия, которые сегодня мешают операторам максимально быстро строить сети новых технологий и начинать предоставление услуг. Вместе с тем, в нынешней ситуации проблемы регуляторные, связанные с нестабильностью законодательной базы, переплетаются с проблемами политическими, обусловленными требованиями по защите инвестиций. В это клубок вплетаются еще и сложные задачи конверсии спектра, и необходимость выводить из диапазонов LTE гражданские сети устаревших технологий – задача регулятора, которую он, де-факто, переложил на плечи операторов.
Интересно, почему регулятор берется за поиск инвестиций, что, возможно, операторы сделали бы не менее эффективно, а оператору поручает решение тех проблем, которые раньше всегда решало государство?
 





Погрузчик фронтальный XCMG zl в Самаре

© 2006—2016 «Современные телекоммуникации России»
Копирование информации с сайта возможно только с разрешения авторов